Все, как всегда. Потребительский спрос с начала года упал, чего не скажешь об инфляции. И в борьбе с ростом цен снова проиграл покупатель, сообщает интернет-газета «Время Биробиджан@».
Центробанк методично охлаждает спрос, надеясь таким образом заморозить цены. Теория работает, если не смотреть на полки магазинов. Росстат констатирует, что доля трат на еду в бюджете семьи подобралась к пугающей отметке в 40%. Теперь нужно не просто покупать меньше телевизоров и кроссовок, необходимо начать всерьёз перекраивать продовольственную корзину, чтобы совсем не вылететь в трубу. И это уже не смешно.
Меняется сама структура потребления. В мясном отделе говядина проигрывает свинине, свинина уступает курице, а курица, если повезет, заменяется яйцом. Рыба даже на Дальнем Востоке и вовсе превращается в деликатес, доступный лишь для созерцания.
Почему же спрос падает, а цены упрямо ползут вверх? Интернет-газета «Время Биробиджан@» уже писала про яичный парадокс. Объемы производства бьют рекорды — +6,5% за год. Переизбыток налицо. Однако оптовые цены взлетели почти на 90%. Поставщики кивают на издержки. Получается, меньше спроса — выше цена.
С мясом птицы ситуация зеркальная. Импорт из Китая — 20 тысяч тонн филе ежемесячно. Дешевое сырье должно охлаждать рынок, но этого не происходит. Вместо стабилизации — преодоление «психологического барьера» и взлет до 700 рублей за куриную тушку.
Объемы вылова рыбы впечатляют — полмиллиона тонн с начала года. Но до российских рынков доезжает лишь пятая часть. Остальное уходит в Азию. Наши рыбаки ориентированы на экспорт (Китай, Корея, Япония), где цена диктует выгоду. Внутренний рынок вынужден конкурировать с внешним, проигрывая в борьбе за доступность.
Свинина, говядина, «золотые» огурцы и помидоры — все подчиняются общей логике: рост налогов, логистический ад, дорогой бензин и высокая ключевая ставка. Это замкнутый круг. Кредиты дорогие — себестоимость растет — цена для потребителя зашкаливает — спрос падает — производство требует новых кредитов для выживания.
Ирония в том, что, пытаясь победить инфляцию снижением покупательной способности, мы получаем рынок, где цены не реагируют на спрос. Производители не спешат отказываться от прибыли, а потребители — от последней надежды поесть дешево. Вместо рыночных механизмов наблюдаем игру в одни ворота, где правила пишут издержки, а голосуют кошельком обывателя, который с каждым раундом становится всё тоньше. И победа почему-то всегда остается за ценниками. Непонятного и необъяснимого все больше, а еды в холодильнике — всё меньше. Так и живем.
Михаил Кузовин
фото: тематическая иллюстрация из архива
