С 1 марта 2027 года банки получат право замораживать переводы, если на смартфоне обнаружат вредоносное ПО. Обнаруженный вирус на устройстве приостановит перевод до тех пор, пока владелец не подтвердит операцию. И речь не о внезапной выдумке, а о давно принятом Федеральном законе, который теперь начали обсуждать всерьез, сообщает интернет-газета «Время Биробиджан@».
Ключевой нюанс — слово «приостановит», а не «заблокирует навсегда». Деньги не сгорают и никуда не исчезают. Финансовая организация обязана объяснить причину паузы и предложить альтернативы: выполнить перевод с другого гаджета либо посетить отделение.
Чего опасаться точно не стоит? В сети уже раздули панику до уровня «банки будут следить за каждым смартфоном». Однако с января 2026 года действует перечень из 12 признаков перевода без добровольного согласия, и информация о вредоносном ПО там присутствовала и ранее. С марта 2027-го меняется лишь процедура — добавляется отдельный механизм приостановки. И не нужно путать с ЕСУПК (системой учета карт), функционирующей с сентября 2026-го. Меры относятся к одному пакету, но преследуют разные цели.
Однако законодательство не дает четкого определения, что именно считать вредоносным ПО — это остается на усмотрение банка. Специалисты уже бьют тревогу: под подозрение могут попасть вполне легальные программы — VPN-сервисы, приложения для очистки памяти, оптимизаторы системы.
Честно говоря, как-то не очень приятно, что финансовая организация будет решать, что на телефоне гражданина представляет угрозу. Только представьте масштаб проблемы: под спорную приостановку может попасть любой человек, использующий обычный легальный софт.
По замыслу авторов, мера должна ударить по мошенникам. Они дистанционно управляют смартфоном жертвы и выводит средства без ее ведома. Логика в этом есть. Пока владелец не подтвердит операцию, аферисты не получат доступ к деньгам. Но есть и обратная сторона. Это ложные срабатывания, и расплачиваться за них будем мы, когда срочный платеж неожиданно зависнет.
Сам механизм, на мой взгляд, неплохой. Однако размытость понятия «вредоносное ПО» — серьезная прореха. Отсутствие четких критериев означает, что банк будет толковать норму по-своему, а доказывать свою правоту будет клиент.
А получат ли люди пользу от этого закона, как всегда, покажет время.
Сергей Тиховский
фото: «@»
