Аналитический центр ВЦИОМ представил результаты опроса россиян о подростковой преступности и возможном снижении возраста уголовной ответственности, сообщает интернет-газета «Время Биробиджан@».
История современной России хорошо помнит 1990-е годы как период резкого роста преступности, в том числе подростковой. И тогда этому были понятные социально-экономические объяснения. Сегодня ситуация другая, кажется, детство стало намного благополучнее, однако дискуссии о снижении возраста уголовной ответственности показывают, что тема все еще актуальна.
Официальная статистика последних десятилетий демонстрировала устойчивое сокращение числа преступлений, совершенных несовершеннолетними или при их соучастии, хотя в последний год тренд изменился, и СКР зафиксировал рост на 9%. Но значительная часть россиян не только полагают, что жизнь детей стала опаснее сама по себе, но и считают, что по сравнению со временем их собственной юности подростковая преступность, напротив, выросла. И «точка отсчета» здесь играет не последнюю роль. Старшие поколения, вспоминающие советскую юность, чаще других критикуют современную ситуацию, их коллективный опыт связан с пионерией, комсомолом, сильным авторитетом взрослых, школы, социальных институтов, более выстроенным социальным контролем. Поэтому современное цифровое детство с его новыми рисками может быть менее понятным и чаще настораживать.
Миллениалы единственные, кто замечает снижение подростковой преступности. Они сравнивают современность с 90-ми, периодом разгула безнадзорности, криминала, уличных компаний и большей видимости проблемы.
Впрочем, статистика требует осторожной интерпретации в более широком контексте происходящего (преступность в стране вообще сокращается). Абсолютное число подростковых преступлений снижается, однако доля несовершеннолетних среди всех выявленных лиц, совершивших преступления, в 2019–2024 годах изменилась не так сильно — с 4% до 3%. И все же масштаб долгосрочного сдвига огромен: если взять максимум (1993 г. – 225 740) и минимум (2024 г. – 26 398), то падение почти в девять раз. Удельный вес среди всех выявленных преступников за тот же период снизился с 11,6% до 3,2%. И это успех даже по мировым меркам: например, в Германии, среди всех подозреваемых в 2024 г. на несовершеннолетних приходилось 13,5%; в Нидерландах — 11%; в Англии среди впервые попавших в систему уголовного правосудия 9% пришлось на детей.
По версии россиян, главная причина подростковой преступности лежит в недостатке воспитания и контроля, и семья видится главным субъектом ответственности. Вторая большая причина — особенности самого подросткового возраста: незрелость, склонность к риску, стремление выделиться, зависимость от компании и неспособность заранее оценивать последствия поступков.
Заметное место занимают также отсутствие занятости, полезного досуга и недостаточная работа социальных институтов. Одновременно часть ответственности возлагается на школу, систему профилактики и недостаточное наказание, возможность его избежать.
Интернет, социальные сети и медиасреда — еще один источник угрозы, однако в общей картине они уступают влиянию семьи и ближайшего окружения. Еще реже подростковую преступность непосредственно объясняют состоянием общества и материальными трудностями. Бедность, нестабильность и стремление к быстрому заработку звучат в ответах не так часто. В целом общественное мнение склонно объяснять подростковую преступность через дефицит социализации: ребенка недостаточно воспитывают, контролируют, занимают или защищают от негативного влияния. Структурные причины — бедность, неравенство, состояние институтов и общая общественная среда — оказываются на втором плане.
Несмотря на большой перечень рисков, большинство россиян не считают подростка-преступника безнадежным и верят, что даже после серьезного преступления он способен измениться и жить по закону. Особенно сильна эта вера среди молодых поколений — «вчерашних» подростков.
В России общий возраст наступления уголовной ответственности составляет 16 лет, а за ряд тяжких преступлений с 14 лет, что является распространенной мировой практикой. Например, в США, в зависимости от штата показатель колеблется от 6 до 12 лет; в Китае к уголовной ответственности привлекают с 14 лет, по отдельным преступлениям — с 12 лет; в Германии — с 14 лет.
Поддержка большинством россиян идеи снизить возраст уголовной ответственности до 12 лет выглядит ожидаемой. Аргументы сторонников и противников отражают два разных восприятия подростков. Поддерживающие инициативу чаще говорят о необходимости ответственности, страхе наказания и профилактическом эффекте, о том, что современные дети уже способны осознавать последствия, а также о безнаказанности, вседозволенности и недостатке воспитания. Противники, напротив, строят аргументацию вокруг возрастной незрелости, они считают, что в 12 лет ребенок еще не способен в полной мере понимать последствия и нести уголовную ответственность, что правильнее будет изменить подход к воспитанию, работу с детьми и дать шанс на исправление.
Идея повышения возраста наступления уголовной ответственности до 18 лет не получает широкой поддержки: против выступают большинство россиян, за — лишь каждый девятый. Общественный запрос направлен на сохранение или даже усиление принципа ранней ответственности.
В итоге, на фоне многократного снижения подростковой преступности присутствует общественный запрос на более раннее наказание. Возможно, это попытка удержать контроль над новым, цифровым взрослением, удержать законодательные рамки там, где есть чувство неэффективности работы других институтов?
Опрос проводился 4 июля 2026 г. В опросе приняли участие 1600 россиян в возрасте от 18 лет. Метод опроса — телефонное интервью.
Михаил Кузовин
фото: УМВД России по ЕАО
